Линии Галле

Музей хрусталя отпраздновал юбилей книгой о Галле

Музей хрусталя имени Мальцовых — филиал Владимиро-Суздальского музея-заповедника, который в 1998-м попал в десятку лучших музеев Европы. За какие заслуги, понимаешь даже в его маленьком гусь-хрустальном подразделении. Заявку на музейный конкурс фонда Потанина «Первая публикация» подала хранительница коллекции стекла ВСМЗ Алла Чуканова, и, как говорит шеф-редактор получившегося в итоге роскошного дизайнерского издания Татьяна Юдкевич, эта заявка поразила фонд широтой подхода. Речь шла о цветном многослойном стекле лотарингского мастера Эмиля Галле, одного из создателей стиля art nouveau, которому подражали по всему миру, в том числе на Гусевском хрустальном заводе. Хранительница ВСМЗ предложила составить сводный каталог. То есть описать не только две имеющиеся в музее вазы, что были сделаны непосредственно на мануфактуре Эмиля Галле в Нанси, и еще примерно полсотни ваз, изготовленных в подражание Галле в Гусь-Хрустальном, но вообще все гусевское стекло в технике Галле, разбросанное по другим российским музеям. В ходе работы «стекла Галле» в наших музеях обнаружилось очень много, и составителям пришлось ограничиться вещами, сделанными до 1917 года (на Гусевском заводе умудрялись выпускать «буржуазного» Галле и при советской власти). А поспевшие к юбилею «Линии Галле» превратились в уникальное исследование по истории европейского и русского цветного многослойного стекла со статьями ведущих специалистов, словарями терминов и мастеров, атласом клейм, колоссальным справочным аппаратом и сводным каталогом. В него попали профильные коллекции многих собраний помимо Музея хрусталя имени Мальцовых: Эрмитажа, Исторического музея, музеев Кусково, Петергофа, Царского Села, Павловска, Гатчины и Елагиноостровского дворца (отказался участвовать только Всероссийский музей декоративно-прикладного искусства — и напрасно).

Юбилейные торжества проходили в главном выставочном пространстве музея — трехнефной базилике Георгиевского собора. Собор по проекту Леонтия Бенуа был выстроен в 1892–1903 годах на средства тогдашнего владельца Гусевской хрустальной фабрики Юрия Нечаева-Мальцева — того самого, щедрого и просвещенного мецената, благодаря которому появился Цветаевский музей. Это высокое, светлое, звенящее пространство идеально подходит для хрусталя — такой изысканной, стильной и умной экспозиции стекла нет, пожалуй, ни в одном другом музее России (впрочем, ВСМЗ вообще отличается высокой музейной культурой). Церемония началась с выступления президента ВСМЗ Алисы Аксеновой — это ей принадлежит заслуга создания музея. Она вспоминала, как реставрировали собор, где вскоре после Октябрьской революции начались перестройки и что только ни помещалось — кинотеатр, библиотека, музыкальная школа. Как возвращали к жизни роскошную мозаику с Орантой Виктора Васнецова в апсиде храма, как где-то в Суздале удалось отыскать огромный васнецовский холст со  «Страшным судом» — его воскресила команда реставраторов под руководством Якова Казакова, которая участвовала в восстановлении Исаакия, Петергофа и Царского Села после Великой Отечественной. Как, наконец, радовались её сотрудники раритетам, найденным в коллекции, что передали музею из Образцовой кладовой Гусевского хрустального завода. И еще госпожа Аксенова напомнила, что, когда лет десять назад музей посетил Владимир Путин, он написал в книге отзывов: «Уникальный музей, уникальные люди». Уникальные люди надеются, что эти слова послужат им охранной грамотой и церковь не выселит музей из спасенного ими храма. Во всяком случае, все выступавшие: от директора знаменитого Гусевского стекольного колледжа до нового владельца завода, который обещал пустить остановленное в 2011 году производство уже в декабре, говорили об этом градообразующем музее как о храме хрусталя. Так почему бы храму не оставаться в храме?

Газета «Коммерсант» Анна Толстова
Назад